Казачий круг-История, традиции и культура казачьего народа.

Казачий круг-Независимый казачий информационный сайт. Основан в 2008 году. История, традиции и культура казачьего народа.

Казачий круг - Новости

Казачий круг - Статьи

Казачий круг - Осторожно ряженые

Казачий круг - Георгиевские кавалеры

Казачий круг - Майдан

Казачий круг - Фотоальбомы- Галерея

 




























Сайты партнеров

Казачья гамазея
 Дикое поле
Шермиции



Вольная станица

 

 



 

 


 










 

История, традиции и культура казачьего народа.

 

Вы пользуетесь Яндекс? Мы стали ближе, добавьте виджет "Казачий круг", и будьте в курсе самых последних новостей.
 

Казачий круг. История, традиции и культура казачьего народа.

История, традиции и культура казачьего народа.

добавить на Яндекс




Слава казачья.

Атака Австро-Венгерской Конницы на 2-ю Сводную Казачью Дивизию под п. Городок 4-17 августа 1914 г.

24.06.11 Автор: Е. Тихоцкий  Источник: Атака Австро-Венгерской Конницы на 2-ю Сводную Казачью Дивизию под п. Городок 4-17 августа 1914 г.Типография И.Попова, Белград, Теразие-28. 




Командир 2-й сотни 1-го Линейного Генерала Вельяминова полка Подесаул (ныне Полковник) Евгений Сергеевич Тихоцкий Всемилостивейшее пожалован 7 октября 1914 года Кавалером Императорского Военного Ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия 4-й степени за то, что 10-го августа 1914 года в бою при деревне Джурин атаковал своей сотней и первый ворвался на неприятельскую батарею и, перебив всю прислугу, захватил 4 орудия с зарядными ящиками *)

*) Атакована была 1-я батарея 7-го Австро -Венгерского Конно Артиллерийского дивизиона.

Страничка Генерала от Кавалерии П. Краснова.

Бессмертный герой наш и учитель Александр Васильевич Суворов говорил:—«Бог нас водит. Он нам генерал. Вот, братцы, - воинское обучение! Господа офицеры, какой восторг!»

Старая поговорка казачья: «Добрый конь подо мною - Господь надо мною».

Доблестная 2-я Казачья Сводная дивизия выступила на Великую войну с таким обучением рубке на коне, что Генерал М. И. Драгомиров, тонкий знаток военного дела, сказал в одном из своих приказов о 1-м Линейном Генерала Вельяминова полке: «Линейцы способны не только рубить, но и изрубить... Рубили лозу по вершкам!»

1-й Линейный полк сидел на прекрасных, крепких, резвых и рослых конях. В полку процветал конный спорт. Офицеры имели под собою чистокровных лошадей. Господь был над казаками. Отсюда -по Суворовски: Воинское обучение! Господа офицеры, какой восторг!"

Полковник Е. Тихоцкий на страницах этой книги рассказывает о первом столкновении в Великую войну двух прекрасных конниц: венгерской и казачьей. От первого столкновения зависел дух конницы на всю войну.

Венгерская конница поразила своею доблестью в конных атаках. Шла на пехоту в сомкнутых строях... Приняла атаку конных линейных сотен...

Искусством и необычайною храбростью линейных офицеров и казаков она была побеждена, опрокинута и доведена до паники. Урок, данный казаками-линейками в бою под Городком 4 (17) августа 1914 года имел последствием то, что Австро-венгерская конница больше не атаковала казаков.

2-я казачья Сводная дивизия не знала поражений, и с тем же искусством, верою и успехом кидалась в атаку на коне разъездами, сотнями, дивизионами и целыми бригадами.

В Бозе почивший Великий Князь Николай Николаевич хотел, чтобы не забыта была доблесть наших славных полков в Мировой войне. История войны будет написана. История полков и сотен должна быть запечатлена самими участниками.

Полковник Е. Тихоцкий в прилагаемом труде описал одно из самых ярких дел своего родного полка. Он пользовался для этого австро-немецкими источниками и личными воспоминаниями. Он сохранил полное беспристрастие. И, что особенно ценно, в сухую реляционность казенного материала он внес струю тонких личных переживаний и все окрасил той любовью к полку, какой любили свои части наши офицеры.

С глубокой благодарностью и интересом прочтёт эту книгу казак, кавалерист, конник.

В ней почерпнёт он любовь к своему роду войск, веру в значение обучения и понимание конного духа.

Писал Великий Суворов:

"В языцех оружию Российскому -вековечная слава"

П.Н.КРАСНОВ, с июля 1915 года по июнь 1917 года Начальник 2-й Казачьей Сводной дивизии и свидетель её подвигов и побед.


15 лет в родном полку.

Армия есть необходимый орган государства, на который оно опирается. Живёт армия не только своею организацией, но одухотворяется историческими традициями, верностью заветам славного прошлого и преданностью Царю и Родине.

Н. В. Краинский.

В 1-й Линейный Генерала Вельяминова Полк Кубанского Казачьего Войска я был переведён из 1-го Черноморского Конного Полка весной 1900 года, таким образом последние 14 лет перед войной вся жизнь Линейного полка прошла перед моими глазами.

Линейный Полк (тогда еще Урупский) -стоял в губернском городе Каменец-Подольске и входил в состав 2-й Казачьей сводной дивизии, которую кроме нашего полка составляли: 16 и 17 Донские Казачьи полки (1 бригада), 1-й Волгский Казачий полк Терского Войска и Линейцы (2 бригада) и доблестный- Оренбургский Артиллерийский дивизион. Дивизией командовал Генерал-Лейтенант Домантович, Кавказской бригадой -Генерал Майор Вышеславцев и Линейным полком- Полковник- Семикобылин.

В 1903 году Линейный полк принял Полковник П. И. Кокунько, ныне Генерального штаба Генерал-Лейтенант, Председатель Комиссии по сбережению Войсковых регалий за границей. С этого времени Линейный полк стал быстро во всех отраслях строевого обучения выявляться из состава дивизии, несмотря на то, что период командования полком Полковником Кокунько был самый трудный и неспокойный. Штаб полка и сотни перебрасывались из одной губернии в другую. Мы поддерживали порядок в Полтавской губернии, Черниговской, потом в Тульской, и потом в Воронежской.

Несмотря на такие невыгодные условия для строевой подготовки, Линейный полк под командованием Полковника Кокунько считался в дивизии одним из первых.

В 1910 году в командование Линейным полком вступил Генерального Штаба Полковник А. Л. Певнев, хороший строевик, отличный ездок, и справедливый начальник.

Полк формировался казаками из станиц Майкопского отдела. Казаки этих станиц были отличные наездники, прекрасно джигитовали и почти все 90% были хорошо грамотны. Казаки горных станиц, как например, моей станицы Андрюковской, и других -Псебайской, Хадыжинской, Курджипской, Дагестанской, Даховской и т. д. были смелые охотники и, многие из них не раз вступали в-борьбу с медведем и диким кабаном. Охота на оленей, джейранов и другую дичь -было обычное развлечение наших казаков в осеннее и зимнее время. За несколько месяцев перед войной наш полк принял от Генерала А. Л. Певнева Генерального Штаба Полковник К. К. Черный,

Генерал А. Л. Певнев, командуя полком с 1910 года, за эти три с лишним года поставил его в строевом отношении на блестящую высоту. Полк еще долгое время жил духом, привитым ему доблестным Генералом Певневым. Линейный полк, воспитанный в духе славных кавказских боевых традиций, высоко нес свое знамя, как это было в старое время, в дни покорения Кавказа, когда Линейные казаки жестоко дрались с черкесами под водительством сказочного Героя Генерала Вельяминова.

Генерал Певнев смотрел на стрельбу как на один из важных отделов боевой подготовки полка. В наших сотнях можно было часто видеть лучших инструкторов-унтер-офицеров 74 Пехотного Ставропольского полка, стоявшего в Каменец-Подольске, которые обучали наших казаков прикладке и наводке.

Рубил наш полк издавна хорошо. Я помню, как после одного инспекторского смотра, произведённого полку Командующим Войсками Киевского Военного Округа, покойный Генерал Драгомиров отдал приказ, в котором между прочим было сказано: „Линейцы способны не только рубить, но и изрубить". Правда, мы рубили лозу только по вершкам.

Конский состав полка был так же в хорошем виде, что и отмечено было в 1913 году Генералом Брусиловым во время Инспекторского смотра Полку в Каменец-Подольске. Наши сотни проходили 3-х верстную дистанцию наметом без усталости и имели еще достаточно сил и энергии для нанесения стремительного и сильного удара. Наши сотни переплывали Донец и Буг в полном снаряжении.

Не меньше 30% казаков сидели на конях Подворного Коневодства, а остальные 70% на крепких, резвых и рослых конях, выращенных в горных пастбищах Великой и Малой Кабарды. Офицеры Линейного полка сидели на чистокровных или полукровных конях.

Конный спорт, верный спутник правильного воспитания конной части, процветал в нашем полку. Я имел мощного Дюк-Поля- от Дюк-Валенрода, Крещендо от Телефона, Эх от Того и т. д., на которых заработал 3 окружных и 1 Императорский Красносельский приз *). Мой двоюродный брат Подъесаул Борись Озаровский на своей Кубани, Эльбрусе, Партизане, Витабревисе, Мисс-Галтимор и Эсфири был победителем на многих состязаниях и составил себе имя прекрасного ездока.

Есаул Р. Я. Ягодкин, Подъесаул Н. М. Новиков, Б. С. Сушков, В. Н. Образ, И. С. Федоров, Е. Т. Демьянов, Никитин, М. Иноземцев, А. Шляхов имели под своим седлом высококровных полукровок. У Певнева было не меньше 3 чистокровных коней. Ипподромы Каменец-Подольска, Одессы, Киева, Москвы, Петербурга, Ростова, Екатеринодара, Харькова и Пятигорска были часто посещаемы офицерами Линейного полка. Полк любил конный спорт, любил полевую езду и мечтал...о конных атаках...

*) В 1902 году 4-й окружный, 1903 -3-й окружный, 19 4 -2-й. н 1905 -4-й Императорский Красносельский.


Накануне Войны.

В 1914 году в июле месяце мы были в лагере у мест. Меджибужье Подольской губернии. Я командовал тогда 2 сотней в Линейном полку. Период полковых и дивизионных учений прошел, и мы ожидали начала маневров. Приказом по дивизии на 13-е июля были назначены дивизионные скачки. Скачки должны были происходить на ипподроме 12-го Ахтырского Гусарского полка, в этом году вызванного на Высочайший смотр в Красное село. Масса приглашенных офицеров с семьями наполнила ипподром гусарского полка. Всюду слышен смех, видны весёлые лица и изящные туалеты... Никто не предвидел и не чувствовал, что это было наше последнее конное торжество на родной земле и среди родных нам близких и милых семей и знакомых. Автомобили, коляски, линейки и просто ротные и эскадронные фургоны непрестанно подвозили все новых гостей. Я состоял в должности секретаря Дивизионного Скакового О-ва 2-й Казачьей Сводной дивизии и имел массу хлопот. Вице-Президентом Общества был Командир полка Полковник Черный, а Президентом - Начальник Дивизии, Генерал Жигалин. Около 4-х часов дня я подал сигнал к началу 3-го заезда, и в это-же самое время обратил внимание, что на ипподром-ром стремительно вкатил штабной автомобиль 12 Армейского Корпуса. Вышедший из него офицер Генерального Штаба быстро обошел высших начальствующих лиц и, по-видимому, сообщил что-то весьма важное и секретное, ибо они моментально потребовали свои машины и оставили ипподром. Не прошло и 10 минут, как весь круг совершенно опустел.

Командир полка получил приказание прекратить скачки и явиться немедленно в Штаб дивизии в селение Голосково. Я поехал тоже с Командиром полка в его коляске. Весь лагерь от мест. Меджибужья до сел. Голосково снимался и паковался. Пехотные полки, стрелки, артиллерия в полном походном снаряжении стояли по шоссе готовые к движению. Обозы II разряда, нагруженные палатками, котлами и др. хозяйственным-скарбом, вытягивались в длинные колонны за своими частями. На вопросы Ком. полка, куда и почему так быстро снялись и идут, никто из офицеров ничего определённого ответить не мог. В сумерках мы подъехали к Штабу Дивизии. Полковник Черный пошел в Штаб и через несколько минут вернулся. Мы покатили дальше в расположение полка. В пути Полк. Черный рассказал мне, что нашему полку приказано завтра, 14 июля, в 6 час. утра выступить к Австрийской границе, расположиться в сел. Лисоводы и выставить заслоны в селении Кутковцы и Скотыняны. Таким образом совершенно случайно я первым из офицеров полка узнал о нашем движении к границе. Впрочем, эта случайность меня не покидала и в последующее время. Поздно вечером я получил приказание один из 1-х о движении к сел. Кутковцы и об охране пограничного участка в районе Гусятина. Немного позднее, в перестрелках, которые происходили между нашими разъездами и противником, первая кровь была пролита казаками моей 2 сотни.

Вслед за мной была выдвинута к границе и 4-ая сотня Подъесаула С. Арканикова. Этой сотне было приказано занять сел. Скотыняны и охранять пограничный участок в районе Сатанова.

Всю ночь с 13 на 14 июля мы были заняты укладкой вещей и казенных и своих. У многих офицеров в лагерь гостили их семьи. Им нужно было уложиться для возвращения в Каменец-Подольск.

Рано утром, до выступления полка, я проводил свою жену. Она страшно волновалась, но старалась скрыть свое волнение. Крестьянская подвода, запряженная одной лошаденкой, была нагружена чемоданами, коробками и подушками. Я перекрестил свою плачущую Ольгу и усадил в повозку. Офицеры подходили, успокаивали Ольгу Васильевну и желали ей счастливого пути.

Так расстались некоторые офицеры со своими семьями навсегда...

В Ермолинцах, через которые мы должны были пройти, наши семьи нас обождали, чтобы еще раз, а может быть и последней раз, обнять и поцеловать.

Мы избегали и не произносили слово Война, но были уверены в её неизбежности...


Боевая задача дивизии *)


Согласно Мобилизационного расписания, 2-я Казачья Сводная дивизия 14 июля выступила к Австрийской границе, в район Городок, Сатанов -Скала. На дивизию была возложена задача прикрывать мобилизацию и сосредоточение войск 8 Армии Генерала Брусилова, которые по мере подхода из внутренних губерний Империи развертывались на линии Николаев -Черный Остров, Ярмолинцы -Дунаевцы. Дивизия выступила в составе 24 сотен 8 пулеметов и 12-ти конных орудий. Граница к северу от Сатанова охранялась 12 кавалерийской дивизией, а к югу от м. Скала и до р. Днестра у Хотина частями пограничной стражи. Охрана границы на участке дивизии была организована следующим порядком. Кавказская бригада: 1-й Линейный Генерала Вельяминова Полк Кубанского Казачьего Войска и 1 -Волгский Полк Терского Казачьего Войска несли службу по непосредственной охране границы, будучи расположены в селении Лисоводы и в м. Купин.

Полки 1-й Линии на своих участках, разграниченных линией Гусятин -Городок, выставляли вдоль р. Збруч, цепь сторожевых постов, поддержанных сотнями и наблюдали промежутки между постами -разъездами. Я рас-положил свою 2 сотню в селении Кутковцы в помещичьей усадьбе, выставил сторожевое охранение и назначил Хорунжего Никитина для просмотра корреспонденции, идущей за границу, которая еще принималась на почте до 19 июля т. е. до Объявления Мобилизации. Со штабом Полка я был связан телефоном и конные разъезды непрерывно освещали местность вдоль реки Збруч. Донская бригада с Артиллерией и Штаб Дивизии расположились в м. Городок в узле путей, ведущих от границы в Ярмолинцы. Штаб дивизии был связан телефоном и телеграфом со Штабом 8-го Армейского Корпуса, находящегося в районе селе Ярмолинцы.

После объявления войны Австро-Венгрии боевая деятельность нашей дивизии заключалась в строгом наблюдении за неприятельским берегом Збруча, в усиленной охране нашей территории от перехода неприятельских разъездов и поползновений противника перенести разведку на нашу территорию. Ежедневно на границе происходили перестрелки между нашими и Австро-Венгерскими постами и разъездами. 22 июля вахмистр Подставкин мне доложил, что вернулся разъезд моей сотни, в котором были ранены казаки и лошади. Я вышел во двор. Посреди двора под большим каштаном стояла повозка, в которой лежали два моих казака. У одного из них была прострелена правая рука, а у другого плечо. Алая кровь просачивалась через повязку и заливала бешмет и черкеску. Это была первая кровь, которую пролили Линейцы в эту войну. Казаки были в полном сознании и мужественно переносили острую боль. Я потребовал из Штаба Полка Санитарную Линейку и врача.

26-го июля Штаб Верховного Главнокомандующего, так доносил о ходе военных действий: "24 июля около 6 часов утра, т. е. за 12 часов до объявления нам войны, австрийцы у Волочиска открыли ружейный огонь по нашим часовым и взорвали свой устой железнодорожного моста через пограничную реку Збруч. Австрийцы границы не перешли. В Тарноруде и Сатанове началась ружейная перестрелка". Наши разъезды ежедневно пытались перейти р. Збруч, но неся потери, возвращались обратно, благодаря чему Штаб Дивизии располагал очень ограниченными сведениями о группировке и силах противника. Из опроса пленных было установлено, что по правому берегу Збруча расположены австрийские ландштурменные части, охраняющие границу и что на линии р. Серета сосредоточена конница, пытающаяся перебросить свои разъезды па нашу территорию.

*) Материалом для описания боя послужили воспоминания Генеральная Штаба Полковника Петровского, в то время старшего адъютанта Дивизии, статья Дивизионного Генерала Югославянской" Кавалерии П. И. Марковича (перевод с немецкого „Die Kavallerie" № 13 -1927 г), и статья Генерала от Кавалерии А. М. Драгомирова (перевод с австрийского „Oesterreich Wehrezeitung" от 26.4.1929 г.).


Усиленная разведка.

Время войн еще не прошло. Мечты о вечном мире сон и сон скверный. От таких грез необходимо освободиться и протрезветь. Злу этому следует прямо смотреть в глаза. Будущих противников необходимо хорошо узнать -следить за ними и изучать!

Начальник Югославской Кавалерийской Дивизии П. И. Маркович.

В начале августа -VIII армия закончила свое сосредоточение. Ожидался её переход в пределы Галиции. Было необходимо к началу его осветить район между р. Збруч и Серетом. Для выполнения намеченной задачи Начальник Дивизии генерал Жигалин с Донской бригадой и Артиллерией выступил 1-го августа из Городка к Гусятину. По пути, к Донской бригаде присоединился из Купина 1-й Волгский Полк.

Городок на время отсутствия Дивизии был занят двумя ротами 60-го Пехотного Замосцкого Полка. Вечером Дивизия вошла в село Кутковцы, переночевала в моем районе и утром 2-го августа подошла к Гусятину. Австрийцы, узнавши еще ночью о подходе Дивизии, вышли из Гусятина по направлению к Черткову. Начальник Авангарда Свиты Его Величества Генерал Майор А. А. Павлов перешёл р. Збруч и занял Австрийский Гусятин, встретив небольшие неприятельские части и отбросив их на запад. Высланные разъезды к м. Езержаны, Пробужна и Кругулец, по радиусу 15—20 верст, к вечеру вернулись, нигде не обнаружив противника. Начальник Дивизии вечером отвел дивизию на ночлег опять в Кутковцы, оставив авангард на левом берегу р. Збруча, с тем что бы на следующий день с Донской бригадой возвратился опять в Городок.

С отходом Дивизии на русскую территорию, на неприятельской стороне было замечено появление многочисленных пеших небольших групп и патрулей.

Я отдал приказание об усилении на ночь сторожевых постов и разъездов на моем участке.

Рано утром 3-го августа, разъездами 4 сотни Подъесаула С. Арканикова, было обнаружено появление многочисленных неприятельских разъездов у Сатанова, подходивших к самой реке. Появление такого большого числа разъездов в одном пункте указывало на присутствие к западу от Сатанова крупной конной части. Австрийцы производили разведку реки и в некоторых местах пытались перейти на левый берег. В это время Генерал Жигалин двигался из села Кутковицы к м. Городок. Около

9 ч. утра я получил приказание от Командира Полка: выступить со 2-ой сотней к м. Сатанову для усиления 4 сотни и совместного с ней действия. Нашим 2-м сотням было приказано задерживать противника у Сатанова. Начальник Дивизии, получая от Полковника Чёрного тревожные донесения, по приходе в Городок немедленно сообщил в Штаб Армии и в штаб VIII Армейского Корпуса о намерении Австрийцев переправиться через р. Збруч у м. Сатанова. Вместе с этим Генерал Жигалин, желая прочно держать м. Городок, просил о присылке ему Пехотной части.

Штаб 8-го Корпуса к вечеру выслал из Ермолинец на подводах в распоряжение генерала Жигалина батальон 14-го стрелкового Полка. Предвидя движение конницы противника на Городок, генералом Жигалиным были приняты меры для усиления позиции на случай боя. Командиру Оренбургского Артиллерийского Дивизиона Полковнику Ончокову и Командирам рот Замосцкого Полка было приказано выбрать позиции.

Позиции должны быть выбраны до наступления темноты и за ночь усилены окопами.

Вечером к Сатанову подошла еще 1-я сотня Линей-наго Полка под командой Есаула В. Образа и несколько разъездов от Полков Дивизии...


Переход Австро-Венгерской конницы на Русскую территорию.

С 11 ч. утра, когда я подошел со своей сотней к м. Сатанову и до С ч. дня, моя 2-я сотня, 4-я сотня Подъесаула Арканникова и 1-я сотня Есаула Образа непрерывно обстреливали ружейным огнем подходившие к переправе неприятельские разъезды.

После 5-ти часов дня передовые части Австро-Венгерской конницы, поддержанные своей артиллерией, перешли в решительное наступление, оттеснили наши 3 сотни и переправились через р. Збруч у Сатанова.

Переправа была смелая и безостановочная. Австро-Венгерские эскадроны переправлялись под обстрелом наших спешенных сотен, выравнивали эскадроны и рысью двигались по дороге из Сатанова на Лесоводы.

Полковник Черный доносил Генералу Жигалину о переправе австро-венгерской конницы, а также и о том, что своими силами он не может задержать превосходных сил противника.

Вечером в Штабе дивизии были получены тревожные сведения и из Каменца Подольска. Полковник Волжанинов, Каменец-Подольский воинский начальник, сообщил по телефону в Штаб Дивизии, что на участке пограничной стражи на правом берегу Збруча обнаружена неприятельская конница силою около дивизии, угрожающая Каменец-Подольску.

Появление неприятельской конницы против Каменец-Подольска и переправа у Сатанова ясно говорили об активных намерениях противника. Оставался пока открытым вопрос о силах неприятельской кавалерии. В виду возможности боя на следующий день Генерал Жигалин вечером 3-го августа отдал приказ о сосредоточении дивизии.

1-й Линейный полк получил приказание отходить на Лесоводы—Городок, не теряя соприкосновения с Австро-Венгерской конницей, Командиру 1-го Волгского полка Полковнику Пацапаю приказано было стянуть полк в м. Купин, и 4-го августа утром присоединиться к Дивизии.

Около 10 ч. вечера в м. Городок прибыл батальон 14-го стрелкового полка с двумя пулеметами и двумя орудиями 4-го стрелкового артиллерийского дивизиона под командой Подполковника Кузьмина, После небольшого отдыха стрелки приступили к возведению окопов на западной окраине местечка. И так, Генерал Жигалин для отражения Австро-Венгерской конницы мог располагать б-ю ротами пехоты, 24 сотнями, 10 пулеметами и 14-ю легкими орудиями.

В конце июля 5-я Австро-Венгерская кавалерийская дивизия Генерала Фрорайха, в составе 11-й и 23-ей кавалерийской бригады (1, б, 7, 8 гонведные гусарские полки) находилась в районе Тернополя—Трембовля, имея задачу обеспечивать линию р. Серет, на участке Остров -Трембовля. 1-го августа усиленная 45-й Кавалерийской бригадой (2-й драгунский и 11-й уланский полк), она получила задачу осветить раіон к югу от железной дороги Тернополь -Проскуров—Жмеринка, в направлении Тернополь—Сатанов, Городок -Зиньков, Копай -Город.

Во исполнение поставленной задачи Генерал Фрорайха

2 августа выслал 15-ю Кавалерийскую бригаду к р. Збруч для освещения района Проскуров - Сатанов, а сам с 5-й Кавалерийской Дивизией прошел в селение Козин. Здесь Начальник 5-й Кавалерийской Дивизии отдал следующий приказ на 4 августа: „Неприятель (русские) наступает с востока. Дивизия будет наступать в направлении Сатанов, Городок, Копай Город, с целью выяснить присутствие пехотных частей.

Для разведки назначается 3 разведывательных эскадрона. Главные силы выступают в 7 ч. утра. Авангард под начальством Генерала Бисинген-Рипенбург в составе 1-го Гонведного полка, 2 дивизион 7-го Гонведного полка и 1-я велосипедная рота. Главная силы -Генерал Гобленц -1-й дивизион 7-го Гонведного полка, 6 и 8 -гонведные полки. 15 -Кавалерийская бригада, боевой и продовольственный обозы. Полковнику Штромеру с 32-м Егерским батальоном -обеспечивать переправу на р. Збруч.

Передовые части Кавалерии Генерала Фрорайха, невидимому, 15 Кавалерийской бригады, высланной для разведки района Проскуров -Сатанов, появились у Сатанова 3-го августа и в тот же день перед вечером переправились на левый берег Збруча.

4 августа, в 8 ч. 40 мин. утра, к Сатанову подошел авангард 5-й Кавалерийской Дивизии и после короткого отдыха начал переправу через р. Збруч. Закончив переправу, Генерал Бисинген-Рипенбург направил авангард по дороге Сатанов -Лесовцы -Городок.

За авангардом следовали главные силы конницы Генерала Фрорайха.


Рукопашные схватки передовых частей.

Под давлением Австро - Венгерской конницы, наш 1-й Линейный Полк стал отходить к Лесоводам. Противнику не встречая серьёзного отпора, безостановочно двигался вперед и около полудня занял ЛЬсоводы. Полков-ник Черный в 10 ч. утра донес в Штаб Дивизии о наступлении неприятельской конницы из Сатанова на ЛЬсоводы и Городок. Примерно около этого же времени Каменец-Подольский Воинский Начальник сообщил по телефону, что на участке Пограничной стражи неприятельская конница переправилась через р. Збруч и наступает на Каменец-Подольск. Из Каменца-Подольска просили помощи, но генерал Жигалин, имея перед собой противника и ожидая боя с часу на час, помочь не мог.

В такой обстановке генерал Жигалин принял решение выждать подхода противника и принять бой у м. Городок. Когда поступили донесения о приближении австрийцев к Лесоводам, войскам было отдано приказание о занятии позиции. Батальон 14 стрелкового Полка, Подполковник Кузьмин с двумя пулеметами и две роты 60 пехотного Замосцкого Полка заняли вырытые ночью окопы на западной окраине местечка, правее пехоты расположились цепи спешенных сотен 1-го Линейного Полка, подошедшего из ЛЬсоводы, а в интервалах между ними пулеметы дивизионной пулеметной команды, в четырех группах (повзводно), по два пулемета в каждой.

На левом фланге пехоты стала Донская бригада (16 и 17 Донские Казачьи Полки), имея часть сотен в пешем строю на юго-западной окраине местечка. Волгский Полк, прибывший утром из Купина, был оставлен в резерве в местечке. 1 и 3-я Оренбургские батареи и 2 орудия 4-го стрелкового Артиллерийского дивизиона, подготовившие позицию к востоку от местечка, приготовились к открытию огня.

Около 1 часу дня передовые части Авангарда генерала Бисинген-Рипенбург, пройдя сел. Лесоводы, вошли в соприкосновение с сторожевым охранением 2-й Казачьей -Сводной Дивизии. Здесь произошел ряд стычек и рукопашных схваток между Казаками Линейного Полка и Австрийскими разъездами.

Передовой авангардный эскадрон Венгерцев ротмистра Пронай вынужден был развернуться и конной атакой поддерживать свои разъезды. В этой атаке эскадрон повесь тяжёлые потери: Командир эскадрона, все младшие офицеры, за исключением одного, и много гусар выбыли из строя.

Местечко Городок лежит в глубокой балке, в которой протекает мелководная река Смотрич. Местность впереди его западной окраины представляет собой слегка всхолмленное поле, ограниченное на западе и юго-западе лишен лесов и рощ.

С востока на запад поле пересекает широкая проселочная дорога, ведущая в Сатанов и Гусятин. К северу от этой дороги открытое пространство простирается к западу на расстоянии 3-х, 4-х верст, к югу от неё приближаются к местечку и у южной его оконечности подходят к окраинам последнего на несколько шагов. Посевы на полях были сняты. Днём 4-го августа стояла ясная, солнечная погода.

Около 2-х часов дня со стороны хутора Кременного раздались первые артиллерийские выстрелы противника. Снаряды с шипением пролетали над Городком и разрывались к востоку от него. Австрийская артиллерия заметила нашу колонну обозов, вытянувшуюся по дороге в Ярмолинцы и обстреляла ее, но за дальностью расстояния снаряды не долетали. Открыли огонь и наши батареи, нащупывая австрийцев.

Вскоре на опушке леса против южной окраины местечка показались неприятельские цепи и здесь завязалась оживленная ружейная перестрелка. По мере вступления в бой передовых неприятельских частей, перестрелка все разрасталась, постепенно перешла в огневой бой на всем протяжении позиции. В 3-м часу дня в район хутора Кременного подтянулись главные силы конницы генерала Фрорайха, подошедшие на рысях из Лесовод. В 3 часа дня начальник 5 кавалерийской дивизии отдал следующее устное приказание для наступления: « 23 бригаде наступать левее на красное здание фабрики Ефимова. 15 бригаде правее, на южный выход из Городка", Командирам Бригад было предоставлено право наступать на коне или пешком, по своему усмотрению в зависимости от обстановки.»

Обе бригады, спешив свои эскадроны, развернулись по обеим сторонам Сатановской дороги и повели наступление при поддержке артиллерийского и пулемётного огня. Неприятельская артиллерия выкатила свои орудия в лощинку в районе хутора Кременного и открыла, огонь по нашему расположению. Встреченное метким огнем нашей артиллерии и пехоты, наступление австрийцев развивалось медленно и они с трудом продвигались вперед. К 4 часам дня огневой бой с обеих сторон достиг наибольшего напряжения. Австрийцы напрягали все усилия, что бы подавить огонь нашей артиллерии и пехоты. Неприятельские батареи частым огнем обстреливали пехотные окопы и район расположения батареи. Стоял непрерывный грохот от орудийных выстрелов и разрывов снарядов, сопровождаемый треском ружейной и пулеметной стрельбы.

Австрийские ружейные пули, дождем осыпавшие окопы, пронизывали насквозь ближайшие тылы нашего расположения и местечка. Особенно силен был неприятельский ружейный огонь к югу от Сатановской дороги, где опушка леса занятая Австрийскими стрелками, близко подходила к окраине Городка. Но, несмотря на свою интенсивность, огонь австрийцев был малодействителен и хорошо укрытая в око-пах наша пехота и Линейцы несли лишь случайные потери. В этот период боя дивизия понесла тяжелую утрату в лице Командира 1-й Оренбургской батареи, войскового старшины Сорокина, убитого пулей на наблюдательном пункте.


Доблестная атака Австро-Венгерской конницы на Городок.


В 4 ч. дня в стороне хутора Кременного, за складками местности, внезапно показалась пыль и вскоре на гребне появились разомкнутый линии неприятельских всадников, идущих галопом к м. Городок. Наступил решительный момент боя: австрийцы бросили конницу для прорыва нашего центра.

В 3 часа 55 минут, Командир 2 дивизиона 7-го гонведного гусарскаго полка, майор Барцай, вывел свои эскадроны из-за хутора Кременного, где они стояли укрытые и развернув их в боевой порядок, повел в атаку на наши пехотные окопы.

Дивизион развернулся тремя эшелонами, имея эскадроны в развернутом строю. Впереди шел эскадрон ротмистра Ситовского, за ним в 200-х шагах, уступами на флангах, эскадрон ротмистра Сибрик и за серединой в 200 шагах за последним -эскадрон ротмистра Тали. Стройные линии венгерских гусар в яркой форме мирного времени представляли красивое зрелище. Оренбургские Батареи, заметив атаку, перенесли огонь по атакующей коннице и впереди скачущих линий появились дымки разрывов шрапнели. Но, не взирая на артиллерийский огонь, гусары широким галопом подвигались вперед, сохраняя полный порядок. Всадники, потерявшие коней, быстро поднимались с земли, собирались в цепи и наступали пешком за дивизионом. Австрийская артиллерия, поддерживая атаку, сосредоточила огонь по пехотной позиции и западная окраина местечка дымилась от непрерывных снарядов. Из окопов не раздавалось ни одного выстрела: „Железные стрелки" и Замосцы, положив винтовки на бруствер, спокойно ожидали врага на дистанцию прямого ружейного выстрела. Когда гусары подошли на 900 —1000 шагов, по приказанию Подполковника Кузьмина по всей линии окопов был открыт пачечный ружейный и автоматический пулеметный огонь. Открыли фланговый огонь и ближайшие сотни Линейцев и пулеметы 2-й Казачьей Сводной Дивизии.

Встреченные губительным огнем гусары дрогнули, стали падать люди и лошади, линии спутались и порядок движения нарушился. Не выдерживая огня, всадники стали сбиваться в кучи и частью поворачивали назад, частью сворачивали вправо и еще некоторое время продолжали в беспорядке скакать вдоль фронта, устилая поле телами людей и лошадей.

В течение короткого промежутка времени линии гусар почти совершенно растаяли, скошенные фронтальным и фланговым огнем. Остатки неприятельских эскадронов повернули обратно и поле покрылось скачущими всадниками, спешившими укрыться от огня за впереди лежащими складками местности. Наша артиллерия преследовала их шрапнелью пока они не скрылись из виду. Атака была отбита, местность впереди снова опустела и только лошади без всадников, носившаяся по полю, и большое количество тел убитых и раненых гусар и лошадей, лежавших на желтой стерне напоминали о разыгравшемся здесь кровавом боевом эпизоде. В течение нескольких минут дивизион 7-го гонведного полка был почти уничтожен огнем, немногим удалось спастись. Командир дивизиона, все командиры эскадронов и младшие офицеры и большинство гусар на-шли здесь славную смерть или остались ранеными на месте атаки и попали в плен. В числе последних, находился и тяжело раненый Командир дивизиона майор Барцай.

Почти одновременно с атакой трех эскадронов 7-го Гонведного Полка на нашу пехоту другие конные части противника на нашем крайнем правом фланге атаковали правофланговую пулеметную группу 2 Казачьей Сводной дивизии. В четвертом часу дня командир правофлангового пулемётного взвода, Хорунжий Максимов, найдя свою позицию неудобной, перевел свои пулеметы на несколько сот саженей правее, на соседнюю возвышенность. Новая позиция взвода оказалась сильно выдвинутой вперед и единственным прикрытием пулеметов являлись 3 и 5 сотни 1-го Линейного Полка, стоявшая за возвышенностью. С высоты Хорунжий Максимов неожиданно обнаружил впереди себя, в расстоянии около версты, стрелявшую неприятельскую батарею. Батарея стояла у окраины хут. Кременного, а в стороне, правее её были видны два эскадрона. Это были 1-ый и 2-ой эскадроны 8-го Гонведного гусарскаго полка, составлявшие боковое наблюдение на левом фланге неприятельского боевого порядка.

Хорунжий Максимов своими двумя пулеметами обстрелял батарею и эскадроны противника. Пулеметы стреляли на прицел 1500 шагов. Австрийцы, неожиданно попав под пулеметный огонь, повернули два крайних орудия против взвода Хорунжего Максимова, а командир одного из эскадронов ротмистр Кемень развернул свой эскадрон и повел его в атаку на пулеметы. Атаку поддержал другой эскадрон ротмистра Микеш.

Пораженный артиллерийским огнем с близкой дистанции и угрожаемый конной атакой взвод Хорунжего Максимова оказался в тяжелом положении, не имея возможности продолжать огонь, прислуга прилегла к земле. Хорунжий Максимов все-же успел передать Командиру ближайшей 5-й сотни 1-го Линейного полка, что его пулеметы атакует конница. Командир 5-й сотни Есаул принц Шах-Рух-Дараб-Мирза, не теряя времени, вывел свою сотню из-за возвышенности, и развернув ее в лаву, повел в контратаку на приближавшиеся галопом эскадроны противника. 5-ю сотню поддержала стоявшая рядом 3 сотня того-же полка Есаула Труфанова. Казаки на ходу стреляли из винтовок. Сблизившись на расстояние около 400 шагов, Линейцы забросили винтовки за спину и ударили «в шашки» на венгерских гусар. Гусары приняли атаку.

Со слов очевидцев, наблюдавших сбоку эту интересную атаку, можно составить себе некоторое представление о деталях её.

Перед столкновением строй австрийских эскадронов производил впечатление разорванного сомкнутого. По-видимому эскадрон 8-го Гонведного полка во время движения потерял сомкнутость и в их строях получились интервалы или же они, начав атаку на пулеметы в разомкнутом строю, потом хотели сомкнуться.

Линейцы атаковали в разомкнутом строю (лавой) и это позволило им охватить фланги австрийцев и проникнуть в образовавшиеся интервалы, окружив отдельные группы гусар. В 400—500 шагах впереди пулеметов-завязалась жестокая рукопашная схватка.

Смешавшись друг с другом, в густой пыли, Линейцы и гусары с ожесточением рубили друг друга. Рукопашный бой продолжался недолго, но носил чрезвычайно' кровопролитный характер. Гусары защищались отчаянно: их сабли причиняли чувствительные потери Линейцам, но, окруженные со всех сторон, они были изрублены и остатки их бросились назад, преследуемые казаками.

Большое количество убитых и раненых гусар осталось на месте боя, в том числе и оба Командира эскадронов, ротмистры Кемень и Микеш, Но Линейцам победа досталась не дешево: в горячей схватке убит Есаул Виталий Червинский, ранены сабельными ударами Командир 5 сотни Есаул принц Шах-Рух-Дораб-Мирза, сотник Лисевицкий и Труфанов, Хорунжий Мурзаев и около 25-30 казаков выбыли из строя убитыми и ранеными.

Казаки преследовали гусар, пока не достигли сферы ружейного огня противника, Неприятельская батарея, стоявшая у хутора Кременного, увидев результат атаки эскадронов 8-го Гонведного гусарскаго полка, спешно Взяла в передки и ушла „карьером" в тыл позиции.

Вот как доносил Штаб Верховного Главнокомандующего об этой атаке:

1-е донесение: 4-го августа у Городка Северо-Восточнее Гусятина Австрийская Кавалерийская Дивизия после пятичасового-боя отступила в расстройстве, преследуемая казаками.

2-е донесение: 4-го августа в 12 ч. дня Австрийская Кавалерийская Дивизия подошла к линии Городок Кузьмин. Наша конница завязала с противником бой у Городка, длившийся в течение пяти часов.

Огнем и конными атаками противнику нанесен урон. Все поле усеяно неприятельскими трупами, наши потери незначительны. Около семи часов вечера того же числа раз-строенная Австро-Венгерская Дивизия отошла, преследуемая нашей конницей.


Отступление и паника в полках Австро-Венгерской конницы.

После отражения конных атак, огневой бой еще некоторое время продолжал сохранять свой прежний характер. Чувствовалось, однако, что наступил перелом боя и перелом в нашу пользу. Пешие части 23-й бригады, наступавшие со стороны хутора Кременного, пытались еще некоторое время продвигаться вперед, но наступление велось очень вяло и вскоре наш артиллерийский и пулеметный огонь заставил их отойти обратно.

Южнее Сатановской дороги наступление 2-го Драгунского и 11-го Уланского полков 15 бригады против южной окраины местечка захлебнулись еще раньше. Достигнув легко опушки леса, австрийцы на этом участке в течение всего боя не могли преодолеть огня нашей пехоты и спешенных сотен Донской бригады и неоднократные попытки их выйти из леса успеха не имели. Около половины пятого неприятельский огонь стал постепенно слабеть. Вскоре смолкла неприятельская артиллерия и появились признаки начавшаяся отхода.

Движение частей 17-го Донского полка в обход правого фланга австрийцев ускорило их отступление. К 5-ти часам дня бой стих окончательно: понесшая тяжёлые потери и потрясенная морально конница Генерала Фрорайха быстро выходила из боя и отходила обратно к Сатанову. Командир 1-го Волгского полка, Полковник Пацапай, просил у Начальника дивизии разрешения полку преследовать австрийцев, но Генерал Жигалин разрешил выслать для преследования только одну сотню.

3-я сотня 1-го Волгского Полка, развернувшись лавой, прошла поле боя и взяла направление вдоль Сатановской дороги. Австрийцы отступили спешно. Они шли всю ночь и, по словам жителей, движение их колонн носило беспорядочный характер. Ночью у них возникла паника, о чем свидетельствовали 3 брошенных орудия.

Ночью отступавшая конница Генерала Фрорайха, подошла к Сатанову и не ожидая рассвета, начала переправу у Сатановскаго Монастыря. Во время переправы возникла паника. Австрийская пехота, охранявшая переправу, по-видимому, егеря 32-го батальона Полковника Штромера, приняла свою конницу за русскую и открыла по ней огонь. Пока недоразумение выяснилось -австрийцы успели понести большие потери: много погибло от огня своей пехоты и много утонуло в реке.

По донесениям наших разъездов, проходивших через Сатанов, большое число трупов на месте переправы •оставшихся неубранными несколько дней, свидетельствовали о тяжести этих потерь.

По сведениям от тыловых частей, сохранившимся в памяти участников боя, возле м. Городок в братской могиле было похоронено свыше 500 гусар, павших в бою. Количество раненых, оставшихся на поле и подобранных санитарами, было настолько значительно, что дивизионный перевязочный пункт, открытый в м. Городок, работал всю ночь, и уже к 8—9 часам вечера на пункт, было-зарегистрировано свыше 150 раненых кавалеристов.

Несмотря на отсутствие преследования, материальное и моральное расстройство 5-й кавалерийской дивизии было настолько велико, что, по свидетельству австрийского автора, описавшего бой у м. Городок *) Австрийское Командование нашло необходимым снять дивизию с фронта и отвести в тыл для пополнения и приведения в порядок.

В частях 2-й казачьей Сводной Дивизии и в ротах 14 стрелкового и 60-го пехотного Замосцкого полков потери убитыми и ранеными не превышали 50 -60 человек в том числе два убитых и несколько раненых офицеров. Из общего числа потерь около 50 процентов пало на 3-ю и 5-ю сотни 1-го Линейного полка, атаковавших австрийскую конницу.

Другая конная группа, переправившаяся через реку Збруч против Каменец-Подольска, имела вначале некоторый успех. Оттеснив части пограничной стражи, она 4-го августа обстреляла и заняла город. На следующий день передовые части неприятельской конницы, наступавшие на шоссе Каменец-Подольск -Дунаевцы, заняли м. Маков (на средине пути между этими двумя пунктами).

Дальнейшее продвижение австрийцев к Дунаевцам было остановлено частями 1-й Льготной Кубанской Дивизии Генерала Фесенко. Под давлением Кубанских казаков австрийская конница вынуждена была очистить Каменец-Подольск, не успев собрать контрибуции, наложенной на город. С отходом её за р. Збруч Подолия была окончательно очищена от неприятельской конницы, пробывшей на нашей территории всего лишь три дня и не оказавшей никакого влияния на ход операции 8-й Армии, которая 5-го августа начала свое наступление в пределы Австрии.

*) «Die Kavallerie» 1927. № 13.


Донесение Генерала Кевеш.

... огонь артиллерии должен быть гибок, точен, быстр и решителен. Во время войны был перехвачен австрийский приказ, которым рекомендовалось неприятельской артиллерии учиться у Русских.

Полковник С. Лашков

6 (19) августа.

Командующий Армейской Группой Генерал Кевеш 6 (19) августа 1914 года так доносил об этом бое в Ставку Верховного Главнокомандующего Австро-Венгерской армии:

3 августа 1914 г. 5-я Гонведная кавалерийская дивизия перешла реку Збруч у Козина (вблизи Сатанова) по построенным полевым мостам. При дивизии были два пехотных батальона, которые построили на восточном берегу Збруча тет де пон и заняли его.

4 августа, в 7 ч. 30 м. утра 5-я Гонведная кавалерийская дивизия двинулась к Городку. Когда она проходила через Сатановку, то была обстреляна огнем неприятельских разъездов...

В 2 ч. 30 м. дня дивизия подошла к позиции, занятой у Городка окопавшейся пехотой с пулеметами, артиллерией и кавалерией. Авангард, по собственной инициативе, начал наступление. Дивизия рвется в бой. Командиры хотят атаковать. Вместо того, чтобы приказывать, начальник дивизии предоставляет командирам полков самим ре-шить, как атаковать -на конях или в спешенном порядке. Гонведные гусары с 4000 шагов, с большою храбростью, бросаются в атаку, хорошо поддержанные конной артиллерией.

Атака сопряжена с большими потерями, но частью удается. Противник отходит. Начальник дивизии назначает район для сбора дивизии, где полки должны собраться под прикрытием своей артиллерии. Место сбора, однако, находилось под обстрелом неприятельской артиллерии.

Около 6 часов вечера Начальник дивизии решил в один переход отойти к реке Збруч.

Подполковник Ган утверждает, что он неоднократно пытался отговорить начальника дивизии от такого распоряжения, но он остался при своем решении.

Если сама по себе атака окопавшейся пехоты хотя и была не обоснована, но, по крайней мере, свидетельствовала о сильном стремлении сойтись с врагом, то отход, после удачного боя, к Збручу не совсем понятен.

Противник не преследовал.

„Около 9 час. 30 м. вечера, уже в полной темноте дивизия вошла в Сатанов. Вместо того, чтобы отвести дивизию в укрепленный лагерь у Козина или вообще поставить ее биваком под прикрытием Козинского гарнизона, начальник дивизии решил расположить ее по квартирам в Сатанове.

Войска вошли в Сатанов без должных мер предосторожности. Скоро село наполнилось всадниками. Послышались выстрелы, возник беспорядок, выходы были забаррикадированы. Паника готова.

Обоз 5-й Гонведной кавалерійской дивизии хотя и не подвергся нападению, но, услышав стрельбу в Сатанове, выскочил оттуда, как сумасшедший.

Я настаиваю, что 5 кавалерийская дивизия при отступлении от Городка не была преследуема и до самого Сатанова шла без всякой помехи со стороны противника.

Паника возникла только в селе.

Я послал сегодня Ген. Штаба майора Янкевича в Трембовлю и Гржималов, где 5 кавалерийская дивизия собирается под прикрытием пехоты, чтобы он лично убедился, в каком состоянии находятся войсковые части и обозы.

Что неприятель не преследовал дивизию от Городка, видно из того, что разведывательный отряд, высланный от дивизіи, продолжал 5-го августа стоять перед противником и посылал донесения.

Среди наших бывших врагов, иногда даже наших союзников, ведется клеветническая кампания, стремящаяся к возвеличению себя за наш счет, и поэтому мне, как автору этой брошюры и участника этого боя, надлежит внести следующие поправки:

1) Генерал Кевеш неправильно освещает этот бой, указывая только на действия 5-й Гонведной Кавалерійской Дивизіи. На самом деле силы противника были таковы: 5-я Гонведная Кавалерийская Дивизия, 15-я бригада 1-й Кавалерийской Дивизии и 2 батальона Егерей Полковника Штромера.

2) Генерал Кевеш говорит о том, что Австро-Венгерская Артиллерия хорошо помогла своим огнем при атаке гонведных гусар. Я это отрицаю. От артиллерийского огня мы не несли потерь. Разрывы снарядов были настолько высоки, что не наносили нам никакого поражения. Моя 2-я сотня в начале боя стояла в районе помещичьей усадьбы, на которую и был одно время сосредоточен огонь, пред-полагая, что там наш Штаб. Ни один казак не был убит, ни ранен, и вообще во всей дивизіи потери от Артиллерийского огня были незначительны.

3) Генерал Кевеш доносит, что после боя мы отступили за Городок, и это не точно, если не сказать больше. Около 6 часов вечера бой прекратился. Австро-Венгерская Конница, потеряв одними убитыми около 500 чело-век гусар, в панике обратилась в бегство. В 7 час. вечера у нас в полковом собрании 1-го Линейного Полка, как в мирное время, точно в лагерной обстановке, сели за поздний обед нашей славной, еще кадровой -полковой семьей. В соседней большой комнате помещичьего дома лежали наши и венгерские раненые офицеры. 4 или 5 венгерских офицеров, взятых нами в плен, были за обе-дом нашими гостями. Вот каково было положение после. 6 часов вечера, а не отступление русских войск от Городка.

4) Генерал Кевеш называет эту атаку на пехоту бессмысленной и отступление Конницы к р. Збручу после успеха неразумным.

Да, конечно, бессмысленно идти сомкнутыми эскадронами в атаку на неприятельские стрелковые цепи, а относительно отступления другого решения и не могло быть: после боя разгромленная сторона или сдается или отступаете Венгерская Кавалерия остановилась на последнем.

5) Генерал Кевеш доносит, что казаки не преследовали Австро-Венгерцев, и это не точно. Преследование было, правда в небольших размерах: пошла в преследование только одна сотня 1-го Волгского Полка и разъезды от всех Полков Дивизии давили на отступающих. И результаты были не плохие. Казаки Волгского Полка подобрали 3 орудия и часть санитарного обоза. Но главное это то, что появившаяся на хвосте у отступающих венгерских Полков Волгская сотня в темноте навела на отступающую конницу такую панику, что она бросилась в полном беспорядке к Сатанову и через р. Збруч. Но в это время Австро-Венгерская пехота, расположенная на переправь в ночной темноте, открыла огонь по своим кавалеристам, думая, что это несутся на них казаки.

Обезумевшие от страха венгерские гусары метались во все стороны в поисках переправы: бросались в реку Збруч и тут тонули или завязали в болото с своими конями: тем-же, которым удавалось переправиться, как безумные неслись к гор. Гржималову и Трембовле -почти за 40 верст от Русской Границы.

В конечном итоге Австро-Венгерская конница понесла большие потери, и утратила способность для дальнейшей борьбы на долгое время.

А Начальник Дивизии генерал Фрорайх, просверлил себе пулей висок на самом поле неудачной атаки.

Е. Тихоцкий

Чертежи корнета Я. Прозорова


Типография И.Попова, Белград, Теразие-28.




Разделы / Слава казачья.

 Казачий круг - Комментарии к статьям




Казачий круг - форум
Обсудить статью на форуме

Сайты партнеров





Версия для печати
Яндекс цитирования

2008-2015 © Казачий Круг. Все права защищены.Разработка и поддержка Казачий Круг
Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов. При использовании материалов сайта-ссылка обязательна.
ОпросыГостеваяНаш дневникПоискКарта сайтаДоска объявленийFAQ - Вопрос-ответ



Работает на: Amiro CMS